Дварфийские хроники
RU| EN


Метки облако/список



Теория превосходства. Часть третья (заключительная)

03 Май 2012, 19:42 Рейтинг: 28 [+]


Так вот, у меня сейчас с 34 гоблинов население сократилось до 21 и жду еще, как минимум, пару трупов. Стекольщик - дело решенное. И я придумал новую формулу успеха. Один поселенец обеспечивает не рвя себе жопу не более двух с половиной заключенных. Вот по такой формуле и буду играть. Сейчас у меня 6 надсмоторщиков. Значит можно запускать 15 зеков. Вместе, как раз 21. А будет еще меньше. Пока зеки не перевалят за 18 брать новых поселян не буду. Но не больше какого-то числа. Ну или типа того. Вернусь - додумаю.
Стекольщик, по имени Нгуслу вытер пот со лба и отложил в сторону свое произведение. Теперь, когда жгучее желание творить, сопровождавшее его последние недели, было удовлетворено, только теперь он понял, что с трудом держится на ногах от голода. Он последний раз взглянул на сувенирный топор, сделанный им из стекла и шатаясь пошел на поиски еды. На складе, раскидав черепа, он схватил в охапку показавшиеся ему съедобными, непонятно чьи кости, и бросился в столовую. Нет уж. Пусть он умрет по дороге от голода, но ему хотелось съесть свой первый обед, после длительного заточения, а потом тяжкой одержимости желанием творить именно в комфорте и уюте, сидя за столом, как и подобает легендарному мастеру. Ведь он теперь мастер! Теперь-то его оценят по заслугам, и он займет то место, которое ему полагается по праву. Размышляя так, Нгуслу подошел к забору огораживающему небольшое строение, где, как он знал, находилась столовая и спальня. К его полному недоумению ворота оказались закрыты. Он ударил ногой. Он крикнул, сперва негромко, а потом и в полный голос. Никто не открыл, хотя он отчетливо слышал шаги по ту сторону стены. Голод пересилил, и Нгуслу, отбросив мечты о комфорте, принялся поглощать пищу. Сейчас, за едой, утолив свою жажду творчества, прошедшая жизнь казалась кошмарным сном. Он вспомнил, что его друзья погибли в этой ужасной яме и ему стало грустно. Но сейчас это виделось ему сквозь пелену, как будто прошло несколько десятков лет. Теперь все будет иначе. С другой стороны - даже проще. Ему наверняка пришлось бы помучиться, чтоб убедить местных жителей позволить его друзьям выйти на поверхность, а жить, зная, что они томятся там, было бы не очень-то по дружески. Сейчас его жизнь начиналась с чистого листа. Ему стыдно было себе в этом признаться, но он был счастлив, не смотря ни на что. Он доел и снова подергал кольцо калитки. Заперто. За углом был другой выход, и Нгуслу увидел, что какой-то гоблин быстрым шагом вылетел оттуда и понесся по каким-то, явно неотложным делам, в сторону мастерских. Нгуслу бросился к этому выходу, но еще на подходе услышал, как опустился засов. Он стоял под стеной в полном недоумении.
- Эй, хватит! - крикнул он кому-то, кто, как он знал находился по другую сторону стены. - Я теперь легендарный стекольщик! Я многое понял за эти дни. Я могу быть очень вам полезен! Откройте же!
- Что же ты понял, стекольщик?
Голос из-за стены был ему совершенно незнаком. Да и честно говоря, из всех первопоселенцев он знал в лицо только здоровенного парня с топором. Кажется, это именно он сказал Нгуслу о гибели его друзей, но он тогда был гораздо больше обеспокоен отсутствием стекла для своего творения.
- Откройте же!
- Расскажи.
- Дело в том, что я создал нечто необыкновенное из стекла. Вы можете сами убедиться. Это лежит в мастерской. Мне трудно вам объяснить, ведь я здесь, вероятно, единственный стеклодув.
- Попробуй.
Нгуслу показалось, что говоривший был вполне заинтересован, и он продолжил увереннее:
- Мне кажется, я понял стекло. У меня давно была мысль... но я никак не мог сопоставить все это вместе и попробовать. Теперь мне удалось. Теперь я смогу делать вещи, совершенно иного качества. Мы сможем обогатиться. Вы сможете обогатиться! Стекло - недешевый материал, но песок ничего не стоит. Дайте мне работать и вы сможете скупать торговые караваны полностью, при помощи моих изделий.
Тишина.
- Эй! Вы еще там?
- Да, да. Мы обдумывали перспективы твоего... предложения. - интонация изменилась, и стеклодув заподозрил неладное.
- Так я могу войти? Или мне начинать работать?
- Войти? Мммм... Начинай... эээ... работать.
Снова повисла пауза. Потом голос продолжил:
- Только знаешь, небольшие проблемы с песком. Нет мешков, чтоб его собирать. Так что пока что займись чем-то другим. Отполируй каменный пол, например. Мы не держим бездельников здесь. Сейчас мы как раз полируем одно помещение в подземелье.
Это "в подземелье" прозвучало буднично, но Нгуслу уловил что-то, именно в небрежности, с которой это было произнесено.
- Эй, я могу войти сначала?
- Зачем?
- Ну, чтоб мы могли познакомиться и доверять друг другу, например.
- Мы здесь знакомимся с пришедшими по их делам, а не называя имена. Ты идешь?
Он потоптался на месте.
- Кажется, кто-то уже пошел полировать этот дурацкий пол. Я опоздал. Может еще какая-то работа?
- Да, конечно. Нужно перенести кровать на новое место. Только не болтай, опять кто-то сделает раньше.
- И куда нести?
И снова будничным голосом:
- В подземелье.
Неловкая пауза затянулась. У говорящего из-за стены терпение закончилось быстрее:
- Что? Ты еще там? Ты кажется ничем не занят, почему бы тебе не отнести чертову кровать?
- Мне кажется, какой-то здоровяк пошел на склад. Кажется, как раз за ней. - он подождал немного - Ну да, так и есть. Несет кровать.
- Проклятье, это было твое задание. Ты собираешься что-то делать вообще?
- Да, я жду указаний.
- Может ты устал или хочешь спать или есть? давай ты сделаешь это, а потом будешь выполнять указания и не отнимать мое время.
- Нет, я ничем не занят и готов работать.
- Хорошо же тогда... Отполируй пол в подземелье.
Это было уже не забавно.
- Святая эльфийская блевота! Ведь какой-то гоблин уже отполировал его, пока мы разговаривали. Нет других заданий?
- Там много пола. Работа для тебя найдется. Он отполировал один сектор пола, ты отполируй другой.
- А у вас нету работы не в подземелье? Хватит ходить вокруг да около. Вы же знаете, что я там был и прекрасно понимаю, что там происходит!
- Ох, ты не доверяешь нам? Знаешь, то что происходит в подземельях не совсем наша вина. Просто многие гоблины любят разговаривать больше, чем работать. А потом кто-то умирает от голода. Ты будешь работать?
- Конечно. Если у вас есть работа не в подземельях.
Даже сквозь стену Нгуслу услыхал долгий вздох.
- Да. У нас полно любой работы. Никто не успевает разделать мертвого верблюда и я уже боюсь, как бы он не сгнил. А шкура очень нужна нам для мешков... Для песка... Сделаешь?
- Конечно. Я никогда этого не делал, но думаю, справлюсь.
- Мы все здесь многого не делали раньше. Так что учти, стекольщик, работы много и мы не можем позволить, чтоб один не хотел работать в темноте, другой отказывался копаться в земле, а третий не желал таскать тяжелое. Иди.
И Нгуслу пошел.
Краткая сводка событий: осталось 16 гоблоты. 9 под землей и шестеро наверху. Стекольщик, пока что, ни там не тут. Морочит мозги. Я нихуя не придумал, он действительно стоял без работы, и не только не хотел идти вниз, когда я отрезал его от других митинг холлов, оставив только подземелье, но и когда я проставил ему некоторые задачи упорно уступал подземные работы другим, но быстро согласился на разделку мяса. Как он вижил - ниебу. наверное, странное настроение дает какую-то устойчивость к голоду. Он был starvation, еще когда не было ни еска, ни сумок. Я успел сшить сумку, приказать кому-то носить песок, хотя они все время отвлекаются. Потом, без малейшего опыта я выплавил ему кусок зеленого стекла, но он сообщил, что теперь ему нужен.... еще один кусок зеленого стекла! И все по новой. Я делал это без малейшей надежды на успех, но факт налицо. Он сделал идиотский игрушечный топор из двух кусков стекла. А в это же время внизу происходил треш и угар. Гоблин-красильщик, по имени Бакс уебал двоих других гоблинов и был переименован в Уебакса. В промежутках между кровавой бойней, он, как и Счастливчик до него, любит рассказывать рассказы и кричать кричалки. Митингует то есть. Ебашит и проповедует. Не верит в силу слова, короче, а верит только в силу пиздюлей. Ах, да, кстати. Счастливчик умер. И Козлобой умер. Муж с женой пока живы. Еще двое гоблоты валяются пораненные. Пленным сбросили ведерко и они теперь могут поить раненых. Отстроил новые комнаты, планирую им поставить пару коек. Пока не запускал. Когда открою, войти туда ведь уже не получится. Но после фестиваля настроение у всех бодрое. Кризис, вроде, миновал, может, разве что, еще раненые подохнут. Выяснилось, что гробы нельзя ставить на поверхности. Сделал Молотилке маленький склепик на поверхности. Буду мертвых поселенцев замуровывать. По времени почти не продвинулся, все очень сжато получилось, гораздо быстрее, чем описывать. Стеклодуву уже наметил мастерскую под землей и дорабатываю план сброса изделий через дырку. Дыра без решетки или прутьев не подходит, так как во время меланхолии они будут падать туда, чтоб свести счеты с жизнью и назад я их не загоню. Те же самые сомнения на счет колодца.
Внезапно идея! На счет колодца не знаю, а вот под сбросом изделий можно установить ловушку с клеткой. И всех прыгунов возвращать обратно. Правда, двойные-тройные прыжки этим не победить.
А зачем закрывать дырку мостом, если для этого существуют решетки? Можно тоже закрепить за рычагом. Правда, у меня есть опыт только с механическими решетками на стенах, но думаю, в полу то же самое. Просто, это решает проблему очень частично. Ведь при таком уровне жизни почти все время под землей кто-то несчастен, очень несчастен, или жалок (мизерабль). То есть - в любой момент, когда бы я ни открывал этот люк, кто-то может попытаться сброситься. По здравым размышлениям склоняюсь к шлюзу. Я уже наловчился, более-менее, их фасовать при помощи наметки митинг зон. Снимаю все задачи и назначаю комнату митинг зоной. Они бегут туда. Закрываю дверь, через которую они вошли, и открываю другую - в само "стойло". Стойло тоже обозначено, как митинг зона. Снимаю митинг зону и "прихожей" и они перебегают в стойло. У меня даже подведен механизм дополнительной стимуляции тех, кто не захочет выходить из прихожей, без всяких мостов. Туда подведен канал, закрытый решеткой и флудгейтом. Если кто-то не хочет выходить, я открываю канал и комната наполняется водой. Выход один - в стойло. Стойло и прихожую разделяет коридор и две двери. Между этими дверями решетка в полу, закрывающая сток, чтоб в случае чего не затапливать стойло. Механизм еще ни разу не приходилось использовать, но в общем, все предусмотрено. А вот выманивать кого-то поименно - да. Нужен рычаг. Я все собираюсь им обзавестись. Но пока что выманивать некого - вот, понадобилось только раз, с этим глассмейкером, но когда он под странным настроением ему похуй на рычаги.
Поиграл сегодня несколько часов. Всякие такие-сякие штуки происходили. Я даже зашел (часок назад) на ДФач, собираясь рассказать новости. А потом один мудак прислал мне ссылочку в асечку и так сложились обстоятельства, что рассказывать сегодня я ничего не буду, так как игра была благотворительная, в пользу голодающих детей Уганды и в общей зачет не пошла. Люди! Будьте бдительны!
Ненавижу переигрывать. Каждый раз, когда обстоятельства вынуждают меня по второму разу создавать те же самые события, которые уже были, меня это вгоняет в тупое бешенство. Много игр бросаю по этой причине. Поэтому и сейчас молчу и играть настрения нету. Опять строю те же строения, которые у меня уже были и жду эмигрантов, которые, знаю, вот-вот придут. План концлагеря ниже. Ничего особо изощренного. Сейчас, минуту.
1. Сам распределитель. Гостинная, так сказать. Эта комната назначается митинг зоной, когда приходят мигранты. Остальные митинг зоны запираются.
2. Собственно, хлев. Тоже является митинг зоной, но двери все время заперты, исключая короткий промежуток, когда нужно впустить новеньких с распределителя. Точно посередине, где валяются кости, находится сброс барахла сверху. Пленные гоблины любят собираться прямо под дыркой и я все жду, когда кого-то придавит. Может такое уже и было, раненых у меня трое. У правой стены корыто со спуском вниз, чтоб можно было черпать воду и вылезти, если упал. Во время дебошей они, естественно, набросали туда костей и тряпок.
3. Новые сектора, которые уже были готовы и вычищены, но теперь отстраиваются заново. Только недавно запустил сюда зеков. Раньше они довольствовались только главным залом и гробницей. Планируются: барак, стекольная мастерская, колодец, склады песка, угля и временно, готовых изделий. Длинный коридор закрыт, до окончания работ. На месте креста дырка. Там будет либо колодец, либо сброс готовой продукции.
4. Предполагаемый обменный шлюз. Здесь будут размещаться склады, на которые заключенные в условленное время будут выносить готовую продукцию. Естественно, в такой ситуации верхние двери отпираются, а нижние запираются. Эта же зона используется как запасной распределитель, если мигрантов много и главный распределитель уже заполнен, а новых пустить нельзя, так как выбегут старые. Схема та же. Назначаем митинг зоной. Потом открываем дверь в хлев и отменяем митинг зону. Здесь же предлагается разместить рычаг для выманывания нужного пленника наружу. Лестница вверх, ведет к помпе, качающей воду в колодец, а лестница вниз в рабочие коридоры, для выкапывания этого самого колодца. Тупики.
5. Это помещение над хлевом (2). Через синюю дырку льют воду. Крестом помечена дырка для сброса мусора. Находится ровно над центром.
6. По этой трубе должна выходить миазма. Выше этажом уже поверхность. Труба закрыта сверху решеткой.
**Хитрый план** заключается в том, что если гоблины не хотят выходить из распределителя в хлев, даже когда митинг зона уже снята, дергается рычаг, открывающий флудгейт. Вода через решетку заполняет распределитель. Гоблины вынуждены выбегать в хлев. В коридоре на полу сток для лишней воды, чтоб не затоплять хлев. Там и так проблем хватает.
Вроде все. Весь секрет, на самом деле, в большом количестве дверей и в манипуляциях митинг ареами.
Да, вот подумалось: нужно зекам сделать кладбище. Не то, где гробы и склепы, а просто склад, для трупов. Раз уж пони кости не жрут, так пусть сложат где-то аккуратненько. А то паревно разобраться, где что. Много вещей валяется и не понять, что съедобно, а что нет. Кстати, я кажется забыл сказать: гоблины отлично грызут кости кобольдов, хоть и отказывались есть мясо.
Еще появилась идея по каравану: делаю вышку и сбрасываю на гоблина-купца камень с большой высоты. Или на его осла. Кто-то проводил исследования в этой области? Кажется, должно сработать. Но это уже в новом сезоне, пока что некогда, хотя купцы стоят, ждут у моря погоды.
- А почему запертые дварфы получают опыт постоянно? Что они прокачивают?
- Болтают друг с другом - повышаются соц. навыки.
- А ты гоблинов часто кормишь?
-У меня вот 25 дварфов умерли сейчас от голода, не хотят ничего есть кроме приготовленной еды, все были в статусе "Haunted small animals" или что-то такое. При этом у них были кошки и собаки, и мясницкая!
Кошки наверняка кому-то принадлежали. Нирикаминдую таких кошек. Чтоб разделать живое животное в мясницкой, нужно зайти в меню этого животного и указать, что оно готово к умерщвлению. Кормлю я гоблинов редко, у меня они, как видишь, тоже не часто выживают. Но! Они не едят траву, зато едят кости. Честно говоря, я бы предпочел, чтоб наоборот. Сбрасывай им всевозможные ягоды, грибы, которых обычно навалом.
А вот ещё трабла. Все мои заключенные умерли, я открыл проход в камеру, чтобы забрать некоторые шмотки, а потом закрыл снова, но теперь постоянно выскакивает ошибка, типа дварф не может забрать вещь, т.к. она не доступна, как это отключить, не форбидя вещи? Раньше-то, пока я ни разу не открывал камеру, этой проблемы не было, они наверно даже не знали о вещах.
И сразу ещё вопрос, т.к. пришли новые жертвы! Написали: some migrants have arrived, despite the danger. Это просто литературный оборот, типо, мигранты пришли, несмотря на трудности в пути, или они пришли, несмотря на то, что у меня в крепости твориться бойня? Может быть такое, что мигранты вообще перестанут приходить?
Именно из-за бойни такое происходит. И могут вообще не приходить
Хотя по-любому пришло 25+ дварфов хе-хе.
А сейчас мою тюрьму атаковали кобольды, ни разу никто не приходил в этой крепости, и вот, амбуш, штук 20. Сначала 3 вора подряд, я уже почуял что-то неладное, затем бац, ниоткуда 20 вояк. Пока моя единственная топорщица прибежала с нижних уровней у меня уже убили тоже единственного же мужика. Хотя он долго держался против шестерых. Вот думаю заново начать, сделаю более продуманную тюрьму, как у ОПа, выберу условия посложней.
Это никакая не трабла. Чего тут плохого? Просто они уже наметились на ту самую вещь, так что уже все равно, зафорбидишь ты ее или нет - все равно выскочит сообщение об отмене приказа. Именно поэтому и нужен распределитель, который правильно назвать камерой предварительного заключения. Потому что если ты будешь напрямую открывать дверь в загон, чтоб пустить новых заключенных, даже когда там никого нет, твои дварфы из поселенцев весело побегут туда за вещами и ты заебешься их потом отделять одних от других. Дверь в сам загон никогда не должна быть открыта. Для этого и существует система шлюзов, чтоб когда открывалась одна дверь, другая одновременно закрывалась. Еще советую собирать тряпье из зеков не при помощи своих дварфов, а чтоб зеки тебе нужные вещи выдавали через дырку в земле или через шлюз, как на плане. Тем более у них там все равно заняться нечем.
Я, кстати, охотникам и шахтерам говорю переодеваться еще на входе. Ну, допустим, охотника могу пропустить в доспехах и с арбалетом (теоретически). Но с майнеров снимаю кирку очень внимательно. Конечно, было бы удобно иметь шахтера в заточении. Он бы там копал. Они бы могли строить себе всякие мастерские из добытого камня. В общем - жить, почти нехуево. Но подумайте сами: разве он сидел бы в тюрьме, если бы у него была при себе кирка?
Нене, не так, у меня есть распределитель, просто когда все заключенные умерли, я пустил своих дварфов забрать их одежду, они забрали 2/3, затем я закрыл дверь, но они продолжали пытаться забрать эти вещи, поэтому эту ошибку и писали, а когда запустил новых заключенных, то всё прекратилось, видимо те присвоили вещи себе.
А убили в итоге 3х, мужика сразу и 2 тётки от кровотечения умерли. Ну я переигрывать не из-за того, что сложно, наоборот, всё слишком легко, я просто даже не делал ловушек никаких, кроме как для зверей, и не тренировал своих дварфов, только лесоруб была топорщиком ещё. Сейчас новую сделал крепость, правда забыл топор! У меня осталось 2 поленья, и мне надо срочно найти руду, я нашёл только платину, но из неё, оказывается нельзя делать топоры, поэтому одно бревно израсходовалось.
Ура, среди 7 придурков оказался карпентер, он спас всю нашу тюрьму! Думаю отдельную камеру для него сделать.
Огоо, у меня заключенные поженились, среди горы трупов! Надо им сделать какой-нибудь подарок на свадьбу, лису что ли скинуть.
Карпентер, принесший топор, так и не дожил до первой кормёжки, зато выжил другой дварф, продержался дольше всех из первой пачки, но затем умер от голода, просто так, ни с того, ни с сего, хотя еда была вроде.
Эпизод первый.
Нгуслу, легендарный мастер по стеклу стоял под дырой в потолке, ожидая, что кто-то сбросит костей. Да, он был голоден, но гораздо бОльше ему хотелось прояснить свое будущее. С тех пор, как он вошел в ту самую комнату отдыха и услышал за спиной звук опустившегося засова, он жил в ожидании. Да, ему показали, что он не нужен и его мастерство не ценят. Но ему казалось, что это какая-то очередная стадия испытаний, потому что невозможно, чтоб те гоблины сверху добровольно и осознанно резали курицу, несущую золотые яйца. Или может быть они не понимают? Именно поэтому он каждый раз ожидал здесь, под люкам, пытаясь перекинуться парой слов с теми, от кого зависела его судьба. Нельзя сказать, что это было безрезультатно. Ему обещали работу. Новые помещения были расчищены и его стекольная мастерская была уже готова. Но уголь и песок никто не торопился сбрасывать и Нгуслу начинал подозревать, что его способности, в самом деле, недооценивают.
Наверху раздался скрип двери, затем звук приближающихся шагов, и на голову мастера посыпались кости.
- Эй! - крикнул он - Это я, Нгуслу! Что там на счет песка? Мастерская давно готова, вы не забыли?
Тот, кто был наверху, замешкался, но отвечать не спешил.
- Эй! Ты слышишь меня? - спросил стеклодув. - Это я, Нгуслу!
Светлый квадрат в потолке закрыл чей-то силуэт.
- Стань-ка на свет. - голос был незнаком.
Мастер повиновался.
- Я не знаю тебя и не понимаю, о чем ты говоришь - раздалось сверху, спустя несколько секунд.
- Эй, я легендарный мастер! Как ты можешь не знать меня? Ты лжешь! Позови старейшину! Мы говорили с ней, она сказала, что я буду работать! Она знает меня и ценит мое мастерство. Как это ты можешь не знать меня?
Нгуслу с трудом сдерживал крик. Зачем они хотят унизить его? Он понимал, что возможно, его положение в этом поселении гораздо ниже, чем он заслужил бы в любом другом месте, где живут нормальные гоблины, но он не мог поверить в то, что кто-то сверху может не знать о мастере создавшем "Scalefed" - самую ценную вещь, в этом поселении.
- Легендарный мастер? То есть, ты сделал какой-то артефакт? - Голос говорившего звучал заинтересованно.
- Я создал Scalefeld - топор из зеленного стекла, украшенный стеклянными шипами! - Нгуслу не мог понять, говоривший просто идиот, или издевается над ним.
- А, этот маленький зеленый топорик? Да, я видел его, симпатичная штука. Наверное ты и правда мастер. - Говоривший вздохнул, - Мне надо идти работать.
Сверху раздался звук удаляющихся шагов. Как ни в чем не бывало, он пошел по своим делам. Нгуслу потерял дар речи. Неужели к его созданию, работая над которым он чуть не сошел с ума и почти что умер, неужели может быть такое пренебрежительно одобрительное отношение, как будто они говорят о какой-то зверюшке, слепленной ребенком из грязи.
Шаги остановились и вдруг приблизились снова. Силуэт гоблина вновь заслонил люк.
- Эй, как тебя там. Мастер!
- Я тут.
- Ты же наверное не знал. Кажется этот твой топор украл енот. Чертовы твари умеют открывать двери и заползают на склад.
- Енот?!! - Это было единственное слово, которое он смог из себя выдавить.
- Ну да, вроде бы енот. Обидно тебе, наверное, ты небось старался, когда делал эту штуку. Но ничего, теперь мы плотно запираем двери. Будет плохо, если они украдут что-то ценное.
Эпизод второй.
Зима выдалась идиотская. Никто не умер, но продуктов катастрофически не хватало. Колодец замерз, так как над ним не успели построить крышу. Другой - тюремный колодец, не функционировал из-за того, что воду в него уже запустили, но вот пробурить дыру от цепи до воды, почему-то забыли, а теперь лезть бурить в заполненный колодец никому не хотелось. Ладно. До весны дотянем, спиртного хватает, а там и лужи растают. С едой дела обстояли хуже. Кости закончились, а мясо подходило к концу. Благо, появилась робкая надежда наладить скотоводство. Главным специалистом по животным считалась покойная Молотилка. Выражалось это в том, что именно она построила "псарню", для того, чтоб сподручнее было ловить мелких зверей, и на перспективу приручения крупных. Но это не значит, что она что-то знала о животных, но в любом случае - она умерла, а оставшиеся в живых знали еще меньше. Последних мигрантов было трое. Повар, гравировщик и крестьянин. Повар с крестьянином долго не хотели идти вниз, но в конце концов повара все-таки загнали, а крестьянина решили оставить. Правда, он все время бегал и суетился, и никто до сих пор не знал кто он и как его зовут, так что, в случае чего всегда можно передумать. Умапалата называла его про себя Салага. Сегодня она решила, что неплохо бы, если он уж все равно бегает на поверхности, заняться ему чем-то полезным, а именно - животноводством. Этой зимой случилось необыкновенное. В их единственную ловушку, на периферии их земель попал верблюд. Но этим дело не кончилось. Прямо сейчас, как ей доложили о том, что на склад несли второго верблюда, из той же ловушки, так что появилась довольно ощутимая вероятность, после приручения, наконец-то наладить расплод и производство мяса. Именно для этого она позвала Салагу.
- Слушай, ты. Пойди-ка на склад, где мы держим клетки. Туда должны были принести второго верблюда. Нам нужны самец и самка, так что проверь, подходят ли они для спаривания.
Салага нашел ее через час, его лицо выражало сомнения.
- Думаю, один из них самец, произнес он ковыряя ногой землю.
- Вот, дурак. Ну говори же. А второй? Что мне толку от того, кто такой один из них? Мне нужна пара!
- Второй, может быть и самка. - Салага боялся смотреть старейшине в лицо, но старался говорить довольно бодро. - Во всяком случае, если этот второй тоже самец, то та - первая, может оказаться на самом деле самкой. Так что, вполне вероятно, что у нас есть пара для разведения.
- Дурак! Чем ты там занимался? Я и без тебя знала, что один из них мог быть самцом, а другая самкой, а так же и наоборот.
Умапалата хотела казаться разозленной, но понимала, что если он не разбирается в животных, то ничего тут уже не попишешь. Салага стал оправдываться:
- Очень трудно понять в этих клетках. Может я и разобрался бы, если бы мы могли их выпустить. Я только вижу, что они не совсем похожи друг на друга, поэтому и считаю, что нужно надеяться на два разных пола - ему показалось, что старейшина обнадежилась, и он решил уточнить, - Самца и самку.
- Дурак! - повторила она в третий раз, - зачем мы только тебя кормим, если я все равно все делаю за тебя?
Она оттолкнула его и пошла на склад, где они хранили клетки.
И в самом деле, животные оказались настолько страшными и мохнатыми, что разобраться в их половой принадлежности, руководствуясь только глазами было довольно тяжело, а щупать их было боязно. Так же, Салага оказался прав и в том, что отличались они друг от друга довольно заметно, так что, судя по всему, им посчастливилось заполучить пару. Умапалата считалась среди них довольно умной гоблиншей, потому что умела писать и считать, но признаться, она никогда не интересовалась вторичными половыми признаками верблюдов. Она услышала шаги и увидела как раз ту, единственную из них, кто, возможно, мог бы помочь. Они называли ее Охотница. Довольно предсказуемо, учитывая, что она добывала для них мясо.
- Эй, Охотница. Ты ведь разбираешься в этих тварях лучше нас...
- Слушай, - перебила ее та, - я уже говорила тебе, что знаю, как их убивать, но не как приручать.
- Ну да, я помню. Но ты часто их убиваешь и разделываешь в своей мясной лавке. Ты ведь все равно, чаще нас врех вынужденна возиться с ними. Уж наверняка ты знаешь, как отличить самца от самки.
Охотница ухмыльнулась.
- Не держи меня за дуру, - прервала ее старейшина, пока та не начала неуместно шутить, - Я имею в виду, отличить, кто какого пола, не заглядывая между ног. Они ведь отличаются и помимо этого.
- Как, например? - Охотница смотрела на нее, в ожидании.
- Ну, у одного из них один горб, а у другого два. Что? Что смешного?
Эпизод третий.
Зима прошла без голодных смертей, но кому какая разница, в какое время года умирать от голода? Мясо заканчивалось, костей не было совсем и в подземелье уже начинали кричать и стучать руками в двери, опасаясь повторения массовых смертей. Все работали и пытались добыть еду, кто как умел. Да и если не умел, то тоже. Например, лесоруб, поняв, что древесиной сыт не будешь, пытался ловить рыбу, в только что оттаявшем пруду. Но вся надежда была на Охотницу. В последний раз, она гонялась за верблюдами до полного изнеможения, истратив все стрелы, но ничего не добыла. Она заслужила отдых, но все ждали с нетерпением, когда же она сможет приступить к охоте снова. Отдых у гоблинов - такое дело, что случается не слишком часто, но когда уж начался, то никто не знает, когда наступит окончание. Именно поэтому все были страшно рады, когда Охотница сообщила, что чуствует себя отдохнувшей, но перед отправкой на охоту ей нужно выспаться. Спать - это мелочи. Те, внизу, возможно даже смогут дожить до следующей порции костей. Охотница проснулась и пошла собирать разбросанную экипировку. По пути ей встретилась старейшина Умапалата, решившая, видимо, дать Охотнице дополнительную мотивацию.
- Возвращайся так быстро, как только сможешь. Приходи, и сразу разделывай тушу. Эти, внизу, уже дохнут от голода. Если ты задержишься, их жизни будут на твоей совести. Я не хотела бы, чтоб сдохли эти двое, у которых может быть ребенок, да и стекольщик может быть нам полезен. Надеюсь, мы переживем этот год без ненужных смертей, даже среди наших подземных друзей.
- Хорошо, хорошо. Если болты для моего арбалета готовы, то я пошла. Бегать за верблюдом - не так просто, как кажется со стороны.
Она пошла в мастерскую и наполнила колчан свежеизготовленными болтами. Деревянные болты! Железные закончились, а чтоб сделать новые нужно было все время снимать кого-то с более важной работы. Теперь ей придется валять дурака с этими щепками. Она шла и бубнила себе под нос, причитая, что дерево сносит ветром и дерево слабо бьет. К тому же - дерево это просто стыдно. Раз уж они хотят превосходить в чем-то другие кланы, то почему бы не начать с охотничей и боевой экипировки? Пройдя через поселение она остановилась. Здесь, в подземелье, была комната, в которую они заманывали вновь прибывших. Хорошая гостинная, полностью отполированная и чистая. Хоть там нет стульев и столов, но вполне пригодная для отдыха. Какая глупость - отдыхать под землей. Ей захотелось спуститься вниз, чтоб попытаться понять, как именно они себе это представляют. Раз уж она все равно здесь рядом, можно взглянуть...
Охотница сидела, прислонившись спиной к отполированной стене. Она думала о деревянных болтах и о том, почему бы ей не перейти на стрельбу из лука, поскольку на складе валялись трофейные луки кобольдов и колчаны, наполненные стрелами. Да, медные стрелы, конечно, не то же самое, что железные болты, но это и не эти щепки, которые сносит ветром. За несколькими дверями, из подземной камеры, раздавались какие-то глухие удары и приглушенные стоны. Но ее занимали сейчас размышления о луке, а совсем не то, чем там занимаются пленные. Хотя, где-то внутри Охотницу не покидала мысль, что она о чем-то забыла.

Конец.

Назад

likot